Виктор (Буца) Джорбенадзе (1925–1999) – одно из самых оригинальных и одновременно самых забытых имен грузинской архитектуры XX века. Большинство тбилисцев знает его главную работу — Дворец ритуалов в Авлабари, на высоком берегу Мтквари. Это каменное здание с башней и апсидами на первый взгляд напоминает средневековый собор, однако построено оно в 1980-х годах, в советское время. Гораздо меньше людей знает, кто был его автором.
Во всем Тбилиси Джорбенадзе знали как «Буцу», а за восхищение Ле Корбюзье его называли также «Джорбюзье». Это был архитектор, который на собственные средства исследовал старые грузинские церкви, был близким другом Сергея Параджанова и в условиях советской идеологии сумел построить здание, которое сам называл «кафедральным собором».
В этой статье мы рассмотрим биографию Буцы Джорбенадзе, его главные постройки, историю Дворца ритуалов и те принципы, которые актуальны и для сегодняшнего интерьера и архитектуры.

Буца Джорбенадзе — краткие факты
| Полное имя | Виктор Джорбенадзе, по прозвищу «Буца» |
| Рождение | 1925 год, Харьков (некоторые источники называют 1924 год и Тбилиси) |
| Смерть | 1999 год, Тбилиси |
| Образование | Грузинский политехнический институт, архитектура (1940–1946) |
| Основное место работы | «Тбилкалакпроекти» (с 1959 года) |
| Самая известная работа | Дворец ритуалов, Тбилиси (1979–1984, совместно с Важей Орбеладзе) |
| Другие постройки | Ритуальный комплекс в Мухатгверди (1974); музей Ильи Чавчавадзе в Кварели (1979) |
| Похоронен | На кладбище Мухатгверди — в комплексе, который он спроектировал сам |
Детство: из Харькова в Самтредиа
Согласно англоязычной Википедии, Виктор Джорбенадзе родился 28 июля 1925 года в Харькове, где его отец служил в Красной армии. Некоторые грузинские источники, в том числе электронный справочник «Могилы достойных грузин», называют годом рождения 1924-й, а местом – Тбилиси — эта неточность отражает и фрагментарность его биографии.
В 1928 году семья переехала в Самтредиа, где его мать, Любовь Санадзе, была ведущим акушером-гинекологом. Детство Буцы было по тем временам привилегированным: частные учителя обучали его музыке и иностранным языкам. Именно это образование позднее позволило ему читать европейскую архитектурную литературу на французском и немецком языках — для архитектора, жившего за железным занавесом, это было редчайшим преимуществом.
Образование и московские годы
В 1940–1946 годах Джорбенадзе учился в Тбилиси, на архитектурном факультете Грузинского политехнического института. После окончания учебы он несколько лет работал в Самтредиа, в проектно-строительном отделе Министерства сельского хозяйства.
В 1952–1956 годах он работал в Москве, в проектном институте градостроительства «Гипрогор», в мастерской опытного архитектора Михаила Парусникова. Московские годы познакомили его с внутренними механизмами советской архитектурной системы. Однако его интересы простирались дальше — к европейскому модернизму и, прежде всего, к средневековой архитектуре родной страны.
Возвращение в Тбилиси и исследование памятников
В 1957 году, в период хрущевской «оттепели», Джорбенадзе вернулся в Тбилиси и стал главным архитектором Калининского района. С 1959 года и на протяжении всей карьеры он работал в городском проектном институте «Тбилкалакпроекти».
Параллельно с официальной работой Джорбенадзе был преданным исследователем исторических памятников Грузии. Он за свой счет путешествовал по стране и описывал старые церкви и постройки. В 1958 году он опубликовал эссе о Мцхете как архитектурном ансамбле, а позднее провел научные исследования монастыря Джвари в Мцхете, Светицховели и Бебрисцихе. Изучение пропорций храма Джвари было одним из его главных научных интересов.
Он активно выступал за защиту исторических зданий — в то время, когда старый город часто становился жертвой «развития». Именно эти глубокие знания стали основой его будущих зданий: Джорбенадзе использовал грузинскую традицию не как поверхностный орнамент, а исходил из ее пространственной и конструктивной логики.
«Джорбюзье»: грузинский ученик Ле Корбюзье
Любимым архитектором Джорбенадзе был швейцарско-французский модернист Ле Корбюзье. Из-за восхищения им тбилисские коллеги в шутку прозвали его «Джорбюзье». Путешествуя по Индии, Джорбенадзе непременно захотел посетить Чандигарх — город, спроектированный Ле Корбюзье.
Сильнейшее влияние на него оказала поздняя работа Ле Корбюзье, капелла в Роншане (Notre Dame du Haut, 1954) — скульптурное, органичное здание, нарушающее строгие правила модернизма. Джорбенадзе соединил это влияние с архитектурой грузинской церкви. Результатом стал совершенно новый язык, который не был ни прямым копированием модернизма, ни ностальгической имитацией старых храмов.
Архитектурный контекст советского Тбилиси
Чтобы лучше понять творчество Буцы Джорбенадзе, важен контекст эпохи. С середины 1950-х годов в Советском Союзе сталинский неоклассицизм сменился типовым, индустриальным строительством: тысячи одинаковых жилых домов, стандартные проекты, минимум индивидуальности. В этой системе архитектору было очень сложно сохранить собственный почерк.
На этом фоне Грузия оказалась исключением. В 1970–80-х годах в Тбилиси было построено несколько зданий, которые сегодня в мировых архитектурных изданиях упоминаются как лучшие образцы советского модернизма: Министерство автомобильных дорог Георгия Чахавы (1975), Музей археологии Шота Кавлашвили в Дигоми и, конечно же, Дворец ритуалов Джорбенадзе. Авторы The Calvert Journal связывают возможность этих экспериментов со сравнительно большей свободой тогдашней Грузии.
Роль Джорбенадзе в этой группе особенная: в то время как часть его коллег шла путем брутализма и конструктивных экспериментов, он возвращал память грузинской церковной и жилой архитектуры в современной форме.
Ритуальный комплекс в Мухатгверди (1974)
Первым самостоятельным заказом Джорбенадзе стал ритуальный комплекс на окраине Тбилиси, на новом кладбище Мухатгверди. Завершенный в 1974 году комплекс расположен на хребте над долиной Мтквари, откуда видны старые церкви Мцхеты.
Комплекс состоит из четырех построек: конторы кладбища, водонапорной башни, мастерской камнетесов и ритуального зала. Согласно материалу The Calvert Journal, каждое здание перекликается с тем или иным аспектом капеллы в Роншане. В фактурную штукатурку вмонтированы средневековые грузинские надгробные камни — прошлое напрямую входит в тело нового здания.

Символично, что в 1999 году Джорбенадзе похоронили именно в Мухатгверди — в комплексе, с которого началось его самостоятельное творчество.
Музей Ильи Чавчавадзе в Кварели (1979)
После Мухатгверди Джорбенадзе вместе с архитектором Кетой Кобахидзе спроектировал музей в Кварели, на родине Ильи Чавчавадзе. Завершенное в 1979 году здание представляет собой отдельно стоящий объем спиралевидной формы из белоснежной штукатурки. Спираль как идея движения в пространстве позднее вернется и в его главной работе.
Задача была непростой: Илья Чавчавадзе, родившийся в Кварели в 1837 году, – один из главных символов грузинской национальной идентичности. Здание, посвященное его памяти, не должно было быть ни помпезным, ни безликим. Джорбенадзе и Кобахидзе создали единую, чистую форму, которая свободно стоит на фоне кахетинского ландшафта и не нарушает масштаб небольшого города.
Дворец ритуалов (1979–1984): советский собор в Авлабари
Идея и заказ
В конце 1970-х годов советской власти понадобилось торжественное пространство для проведения новых, нерелигиозных ритуалов — бракосочетаний, празднования рождения ребенка и народных праздников. Здание должно было быть связано с праздником «Тбилисоба» и дать людям великолепие церкви — но без религиозной атрибутики.
Проект был заказан в 1979 году. Джорбенадзе создал его вместе с Важей Орбеладзе. Тогдашний руководитель, Эдуард Шеварднадзе, полностью поддерживал проект. Когда городские комиссии возражали против его масштаба, стоимости и «соборной» формы, Шеварднадзе его защищал. По данным The Calvert Journal, критикам он отвечал аргументом, что народ любит церкви.
Архитектура
Дворец стоит на высоком берегу Мтквари, на улице Бочорма, и стал первой значимой достопримечательностью тогдашней, архитектурно бедной окраины города. Здание облицовано камнем теплого тона — того же цвета, что встречается в средневековых грузинских церквях. Его силуэт с высокой башней и закругленными апсидами напоминает одновременно грузинский храм, европейский экспрессионизм 1920-х годов и Роншан Ле Корбюзье.
Согласно описанию Socialist Modernism, ведущая тема здания – стены, образующие спирали. Центральное пространство подобно «средневековой площади», а входы, расположенные по углам, повторяют улицы старого города. Венцевидное перекрытие входа – интерпретация традиционного грузинского жилища — дарбази, а потолок атриума основан на идее эрдо дарбазного дома, только выполнен в стали.
Дарбази и эрдо: память грузинского дома
Один из главных источников Дворца ритуалов – традиционное грузинское жилище — дарбази. Это дом, центральное пространство которого покрывает деревянное ступенчатое, постепенно сужающееся перекрытие — гвиргвини. Отверстие, оставленное в верхней части гвиргвини, эрдо, было одновременно и дымоходом, и единственным источником света: свет спускался сверху, в центр пространства.
Буца Джорбенадзе перенес эту идею в монументальный масштаб и современный материал. Потолок атриума дворца повторяет логику эрдо, только выполнен он не из дерева, а из стали. Это точный пример его метода: вместо прямого цитирования традиционной формы он использовал ее принцип — способ организации пространства и света.
Интерьер: деталь, которая объединяет все
Интерьер Дворца ритуалов – лучшая иллюстрация подхода Джорбенадзе: все, вплоть до мельчайшего элемента, является частью единого замысла. Здесь есть витражи ручной работы, декоративный художественный металл и даже крышки канализационных люков, на которых вычеканено изображение самого здания.
Настенные росписи принадлежат другу и соратнику Джорбенадзе, художнику Зурабу Нижарадзе. На одной из фресок Джорбенадзе с головой льва держит дворец на ладони — так же, как в средневековых грузинских церквях ктиторов изображали с моделью храма. Это своеобразный автопортрет и одновременно прямой диалог с традицией грузинского искусства.
Критика и признание
Здание получило неоднозначные оценки. Критику вызывали его масштаб, стоимость и настойчивое желание Джорбенадзе называть здание «кафедральным собором». В 1987 году в журнале «Литературная Грузия» были опубликованы как критическая статья, так и его ответное письмо. Некоторые критики увидели в плане здания даже символику единства мужского и женского начал — идею, логичную для дворца бракосочетаний, однако оставшуюся на уровне интерпретации.
Дворец открылся в 1984 году, в праздник «Тбилисоба». Он быстро стал одним из самых известных зданий Тбилиси: в 1987 году здесь грузинские танцы смотрела премьер-министр Великобритании Маргарет Тэтчер, а в 1990 году вокалист Deep Purple Иэн Гиллан обновил здесь свои свадебные клятвы.

Дальнейшая судьба дворца
После распада Советского Союза судьба дворца изменилась. В 2002 году здание приобрел бизнесмен Бадри Патаркацишвили и использовал его как личную резиденцию. Он сохранил торжественный зал нетронутым, а в подвале обустроил реплику старотбилисского двора. После смерти Патаркацишвили в 2008 году его наследники вернули здание обществу. Сегодня «Дворец торжественных ритуалов» на улице Бочорма, №21, функционирует как площадка для свадеб, корпоративных и благотворительных мероприятий и является одним из главных маршрутов туристов, интересующихся советским модернизмом.
Как посетить Дворец ритуалов
Дворец расположен на улице Бочорма, №21. Внешний вид здания и панорама долины Мтквари доступны свободно, а попасть внутрь можно в зависимости от графика мероприятий. Во дворце проводятся и туристические экскурсии, однако условия и расписание следует уточнить заранее, до визита. Для посетителей, интересующихся советским модернизмом, Дворец ритуалов часто входит в архитектурный маршрут по Тбилиси — вместе с Министерством дорог и Музеем археологии.
Другие проекты и непостроенный собор
С именем Джорбенадзе связаны гостиница «Рача» в Они, гостиница «Эрети» в Лагодехи, жилые дома и несколько конкурсных проектов, в том числе застройка тбилисского Рике. Некоторые источники называют также концепцию оформления приморского парка Батуми, однако подробности этого проекта в открытых источниках скудны.
В 1990 году Джорбенадзе вместе с архитектором Шота Кавлашвили принял участие в международном конкурсе на новый кафедральный собор Грузии. Их проект основывался на многолетнем исследовании грузинской церковной архитектуры и свободно, современным языком преобразовывал традицию. Победу одержал проект Арчила Миндиашвили, по которому был построен собор Святой Троицы (Самеба). В условиях гражданских беспорядков и экономического кризиса 1990-х годов Джорбенадзе больше не построил ни одного здания.
Человек за пределами архитектуры
В молодости Джорбенадзе считался «денди номер один» Тбилиси. Всю жизнь он находился в центре культурной жизни Тбилиси: его ближайшим другом был режиссер Сергей Параджанов — по данным статьи Doctrina, идее параджановского «Цвета граната» способствовала их совместная поездка в Армению, а в его старотбилисском доме бывал в гостях и Марчелло Мастроянни. Друзья и коллеги вспоминали его как человека, выделявшегося интеллектом и интеллигентностью.
Джорбенадзе был увлеченным коллекционером. По его инициативе и на его средства на бывшей улице Руиси был создан Музей городского интерьера XIX века. Эта деталь многое говорит о его видении: интерьер для него был не набором мебели, а живой историей эпохи, характера и образа жизни.
По данным The Calvert Journal, незадолго до открытия дворца Джорбенадзе сказал американскому математику Рольфу Гроссу, что Советский Союз распадется в течение десяти лет. Это пророчество сбылось через семь лет.
Почему забыли Буцу Джорбенадзе?
У забвения Буцы Джорбенадзе было несколько причин, которые совпали друг с другом.
Первая — смена эпохи. После обретения независимости все советское, в том числе и архитектура, часто воспринималось как часть прошлого, от которого страна освобождалась. При таком настрое даже качественные авторские постройки попадали в ту же категорию, что и безликие типовые многоэтажки.
Вторая — строительный вакуум. В условиях гражданских беспорядков и экономического кризиса 1990-х годов строительство практически остановилось. После поражения в конкурсе на кафедральный собор Джорбенадзе больше ничего не построил и, по данным The Calvert Journal, вернулся к коллекционированию антиквариата.
Третья — судьба здания. Дворец ритуалов долгие годы был частной резиденцией и оставался закрытым для общества. Самое выдающееся здание города фактически выпало из городской жизни.
В последние годы эта картина меняется: международные архитектурные издания, фотографы и туристы заново открывают грузинский советский модернизм, а имя Буцы Джорбенадзе оказывается в центре этого интереса.
Смерть и наследие
Виктор Джорбенадзе умер в 1999 году, в разгар постсоветских преобразований, почти всеми забытый. Его похоронили на кладбище Мухатгверди, в комплексе, построенном по его собственному проекту.
За последнее десятилетие интерес к его творчеству снова вырос:
- В Авлабари, где он провел последние годы жизни, бывшая улица Руиси сегодня носит имя Виктора Джорбенадзе;
- Издан сборник воспоминаний и материалов «Буца — зодчий Виктор Джорбенадзе»;
- В 2002 году режиссер Саша Рехвиашвили снял биографический фильм о его жизни и взглядах;
- Международные издания, в том числе The Calvert Journal, называют его подход «контекстуальным монументализмом» — масштабной архитектурой, которая перекликается с местной традицией, но не фетишизирует ее.
Авторы статьи The Calvert Journal пишут, что дизайн Джорбенадзе перекликался с местной традицией, но без ее фетишизации, и что сегодняшней архитектуре и девелопменту действительно не помешало бы немного «джорбюзьевского подхода».
Джорбенадзе, Гауди, Мис ван дер Роэ и Заха Хадид
Место Буцы Джорбенадзе лучше видно, если сравнить его с другими великими именами мировой архитектуры — теми, о ком мы пишем в этой серии блога CORIDOOR.
Подобно Антонио Гауди, Джорбенадзе проектировал здание до последней детали — витража, металла и даже крышки люка — как единый замысел. Так же, как и для Гауди, церковная архитектура была для него центральной темой творчества.
Мис ван дер Роэ же – его полная противоположность: минимализм, прямой угол, отказ от орнамента. Но в одном они сходятся: материал должен быть честным, а пространство – организованным для человеческого опыта.
С Захой Хадид Джорбенадзе связывает интерес к скульптурной, подвижной форме и восприятие стены, потолка и пола как единого непрерывного потока. Интересно, что самая известная работа каждого из них в регионе — Дворец ритуалов в Тбилиси и Центр Гейдара Алиева в Баку — это торжественное общественное пространство, ставшее символом города.
Уникальность Джорбенадзе в том, что он сделал все это в грузинском контексте, внутри советской системы, и перевел историческую память своей страны на язык современной архитектуры.
Чему учит нас Буца Джорбенадзе в современном интерьере
1. Традиция без копирования. Джорбенадзе глубоко изучал грузинскую церковь и дарбази, но никогда их не повторял. В интерьере это означает, что местный характер можно передать пропорцией, материалом и светом, а не стилизованным орнаментом.
2. Каждая деталь – часть замысла. В Дворце ритуалов Буцы Джорбенадзе и витраж, и металлические перила, и крышка люка «говорят» на одном языке. Деталь, которую архитектор считает «незначительной», – именно то, что делает весь интерьер дешевым или дорогим. Так же создается и премиальный интерьер: дверь, перегородка, ручка и коробка должны принадлежать одной стилистической системе.
3. Свет сверху. Идея эрдо — свет, спускающийся из центра пространства, — и сегодня остается одним из самых сильных интерьерных приемов. Темный коридор или комната без окон – одна из самых распространенных проблем современной квартиры. Стеклянные перегородки и двери со стеклянными вставками решают ту же задачу: проводят естественный свет в глубину пространства.
4. Пространство как маршрут. Спиральные стены Джорбенадзе ведут человека через пространство и на каждом шагу открывают ему новый вид. По описанию Socialist Modernism, интерьер дворца находится «в полной гармонии с человеком» — несмотря на масштаб, он создан для движения и восприятия человека. И в современной квартире расположение дверей и перегородок определяет, как человек движется и как воспринимает пространство.
5. Интерьер как история. Музей городского интерьера XIX века доказывает, что для Джорбенадзе интерьер был отражением образа жизни. Хороший интерьер рассказывает о характере владельца, а качественный материал и правильно подобранная деталь сохраняют ценность и спустя десятилетия — так же, как здания Джорбенадзе, которые сегодня открывает для себя новое поколение.
Часто задаваемые вопросы о Буце Джорбенадзе
Кем был Буца Джорбенадзе? Виктор (Буца) Джорбенадзе (1925–1999) – грузинский архитектор, автор Дворца ритуалов в Тбилиси, ритуального комплекса в Мухатгверди и музея Ильи Чавчавадзе в Кварели.
Кто построил Дворец ритуалов в Тбилиси? Дворец ритуалов спроектировали архитекторы Виктор Джорбенадзе и Важа Орбеладзе. Строительство велось в 1979–1984 годах, а здание открылось в 1984 году, в праздник «Тбилисоба».
Почему Джорбенадзе называли «Джорбюзье»? Из-за восхищения французским архитектором Ле Корбюзье. Особенно сильное влияние на него оказала капелла Ле Корбюзье в Роншане.
Где находится Дворец ритуалов? В Тбилиси, на стороне Авлабари, на улице Бочорма, №21, на высоком берегу Мтквари.
Кому принадлежал Дворец ритуалов? В 2002 году здание приобрел бизнесмен Бадри Патаркацишвили и использовал его как резиденцию. После его смерти наследники вернули здание обществу. Сегодня это площадка для мероприятий.
В чем главная особенность архитектуры Джорбенадзе? В синтезе глубокого знания грузинской церковной и жилой архитектуры и европейского модернизма, особенно позднего творчества Ле Корбюзье. Традиция в его зданиях не цитируется, а переосмысляется.
Когда был построен ритуальный комплекс в Мухатгверди? Комплекс, ставший первым самостоятельным проектом Буцы Джорбенадзе, был завершен в 1974 году. В нем четыре постройки: контора, водонапорная башня, мастерская камнетесов и ритуальный зал.
Что такое «контекстуальный монументализм»? Так авторы The Calvert Journal называют подход Буцы Джорбенадзе: масштабная, монументальная архитектура, которая перекликается с историей и традицией места, но не впадает ни в ностальгическую имитацию, ни в оторванный от места типовой модернизм.
Можно ли увидеть интерьер Дворца ритуалов? Дворец функционирует как площадка для мероприятий, в нем также проводятся туристические экскурсии. Возможность осмотреть интерьер зависит от расписания, поэтому перед визитом обязательно уточните условия.
Где похоронен Виктор Джорбенадзе? В Тбилиси, на кладбище Мухатгверди — в ритуальном комплексе, который он сам спроектировал.
В шоуруме CORIDOOR в Батуми представлены двери, стеклянные перегородки и фурнитура, в которых принцип Джорбенадзе — каждая деталь является частью единого замысла — переведен на язык современного интерьера. Приходите к нам и посмотрите, как деталь создает характер пространства.
Источники
- Национальная библиотека — Биографический словарь: Буца Джорбенадзе
- Wikipedia — Victor Djorbenadze
- Wikipedia — Wedding Palace (Tbilisi)
- The Calvert Journal / New East Archive — Soviet po-mo: Georgia’s forgotten master architect
- Socialist Modernism — The Palace of Rituals (Tbilisi)
- Architectuul — Victor Djorbenadze
- Могилы достойных грузин — Виктор Джорбенадзе
- Home is — Великий архитектор нашей эпохи — Буца Джорбенадзе
- Doctrina — Забытый грузинский архитектор и история Дворца ритуалов

